Беседа с Ричардом Армитиджем на Comic-Con RDС5. Часть 2
, 23 февраля 2019 года. , перевод Ketvelin

Сканы / фото

Система Orphus

Шон: Коротко хочу поздравить с присуждением премии Сатурн за лучшую роль второго плана.

Ричард: Я выиграл?! (Хохот в зале.)

Шон: Да, это было в 2016 году.

Ричард: Я там был?

Шон: Не знаю, был ли ты там...

Ричард: (Обращается к залу.) Я там был?

Шон: ...но ты победил, и номинировались Мадс на лучшего актера и Джиллиан Андерсон.

Ричард: О, кажется, вот ту я получил.

Шон: Верно.

Ричард: Нет, я что, получил награду?

Шон: Ну да.

Ричард: (Победный жест под хохот зала.)

Шон: Они обещали, что скажут тебе.

Ричард: Кажется, я получил одну за «Хоббита». Помню, как забирал ее.

Шон: Не сомневаюсь, что ты получил награду за «Хоббита», но теперь придется искать свою награду за «Ганнибала».

Ричард: Я знаю, что она на столе у Брайана и Марты. Мне кажется, я ее отдал.

Шон: Ты только что закончил...

Ричард: Нет, подожди, надо забрать ее. У кого она может быть? (Хохот.)

Шон: Разве тебе ее не прислали?

Ричард: Ну, я ее не получал. (Зал лежит.)

Шон: Надо будет тебе проверить. Не хочешь рассказать о сериале, в котором ты недавно закончил сниматься? «Берлинский отдел». Ты снимался с Мишель Форбс и Рисом Ифансом. У нас в этом году его начал транслировать канал "Е-4".

Ричард: Кажется, там показывают уже второй сезон. 

Шон: Мы слегка отстаем.

Ричард: Ага. Буду очень осторожен, чтобы не заспойлерить третий сезон. Да, сериал переместился в Будапешт в этом году, что странно. Потому что мы снимали в Будапеште Берлинский отдел... Будапешт-Берлин, у меня голова слегка пошла кругом. Но меня не так уж много было в этом сезоне. Я участвовал только в 4х сериях третьего сезона, но каст действительно великолепный. И работать с Мишель было просто потрясающе. Занятно было вернуться в Будапешт, где я снимался в трех сезонах «Робин Гуда». Круг замкнулся. Все вернулось на круги своя. Но да, сезон уже полностью снят.

Шон: И в перспективе у тебя новый сериал – «Незнакомец», на канале Netflix. Давай поговорим немного об этом. В условиях потоковых сериалов, особенно для такого сериала как «Ганнибал», я считаю, что благодаря потоковым показам сериал приобретает публику. Думаешь, такие каналы как Netflix и Amazone являются новой волной для телевизионного просмотра в будущем и позволят нам получить более высококачественные телесериалы?

Ричард: Надеюсь на это. У них есть средства для создания потрясающего контента. И контента много, и спрос на него большой. Потому-то я и основал в этом году продюсерскую компанию и подыскиваю материал. Исследую то, что читал и что начитывал для аудиокниг. Создаю... Приобретаю интеллектуальную собственность в попытке создавать сериалы на основе литературы, потому что знаю, что на них сейчас большой спрос. Ну, он всегда был, но именно сейчас началось активное производство. В случае с «Незнакомцем»... Опять же, необычная ситуация, потому что всегда думаешь, что все нацелены на долгоиграющий сериал, но это завершенный восьмисерийный сезон, снятый по великолепной книге Харлана Кобена. Прочтите ее, только, наверное, не читайте последние две главы. «Потеряйте» их. Она отличная, это триллер. 

Лично я не из тех, кого стоит соблазнять запойным просмотром, потому что я как раз просижу до 6 утра. Солнышко встанет, а я буду смотреть финальную серию, все за один присест. И возникает ощущение, что тебя чего-то лишили, потому что ты проглотил все за одну ночь. Поэтому я люблю, чтоб меня подцепили и удерживали на поводке, но... (Хохот.) Но Netflix действительно интересен. Мы с Харланом обсуждали это при встрече. Он сказал: «Когда мы закончили снимать сериал, и они отправили его в эфир, одним нажатием кнопки он стал доступен в 190 областях». По сути, они отслеживают не то, как много людей его смотрит, а как быстро люди его смотрят. Если они тут же приступают ко второму эпизоду, студия понимает – получился отличный продукт. А если зритель думает: «А, да ну, гляну позже», значит, сериал, вероятно, не выстрелил.

Телевизионный материал сам по себе немного иначе разрабатывается. Но если вы читали что-то из романов Харлана, каждый раз доходя до конца главы, невозможно отложить книгу. Ты должен прочесть следующую. Я считаю, у него просто потрясающий кинематографический склад ума, знающий, как удержать тебя на крючке в течение всей истории, и всю дорогу он тебя дергает. Я отправился на встречу с ним перед Рождеством, а встречу назначили очень скоро, и я, прочитав сценарий, подумал, что не могу встретиться с ним, не прочтя его книгу. Я начал ее – и вот уже 4 утра, 2/3 книги позади, и я подумал, если сейчас не посплю, потом буду выглядеть просто дерьмово. Но я уже достаточно ознакомился с книгой, чтобы иметь возможность обсудить ее с ним. С этого все и началось.

Шон: Что ж, теперь предоставим слово зрителям. Микрофон вон там. 

Ричард: Теперь время вопросов?

Шон: Да, наступило время вопросов. Ребята, у вас 20 минут, проявите находчивость. Вы хотите задать вопрос? Прошу.

Вы говорили о том, что много читаете. Какую книгу вы порекомендуете из любимых?

Ричард: «Незнакомца». (Хохот.) На данный момент.

Хочу задать вопрос касательно другого вашего нового проекта. Я читала новости с фестиваля Санденс о «Хижине». Я фанат (? жанра хоррор), мне это интересно. Что вы можете рассказать о «Хижине»?

Ричард: Кстати, этот фильм вполне найдет отклик у этой публики. Не знаю, видел ли кто «Спокойной ночи, мамочка» Вероники Франц и Северина Фиала. Так вот это их первый англоязычный фильм. Он снят в стиле Кубрика, очень медленный, но невероятно атмосферный. Студия «Неон» приобрела права после премьерного показа, так что фильм выйдет в прокат. Кажется, он был продан и в другие страны мира, так что его увидят в кино. Это хороший фильм.

У меня есть глубокомысленный вопрос, который я задам завтра, а до тех пор…

Шон (Ричарду): Давай встретимся завтра для глубокомысленных вопросов.

Ну, раз нас назвали самым интеллектуальным фан-клубом, мне придется взять на себя роль чудилы. Я воспоминаю, как смотрела в записи панель с комик-кона в Сан-Диего, когда вы удивлялись «Зачем на моей голове цветы?» и прочим вещам, вас немного удивляла/забавляла вся эта фаннибальская культура. Хочу спросить о ваших ощущениях от опыта общения и соприкосновения с этим фан-клубом и его культурой.

Ричард: До сих пор весьма удивляет/забавляет. Нет, на самом деле это потрясающе. То же ощущение возникает, когда все прочли одну и ту же книгу и говорят: «Ты должен ее прочесть». И вы становитесь ее фанатами. Мы обсуждали это по дороге сюда. Даже до того как появились соцсети и люди получили возможность связываться друг с другом, они все равно находили выход, если их объединял общий интерес. Мы пытались сравнить это с другими вещами в нашей жизни. Возможно, футбол в масштабе национальных или международных соревнований объединяет людей таким же образом. Но лишь в некотором смысле, это несравнимо, потому что футбольные фанаты не общаются друг с другом в течение года, как вы. И это потрясающе, что вы нашли общий интерес, к тому же в художественной форме, которая корнями уходит к литературе, у вас всегда будет эта книга, вы всегда сможете к ней вернуться. Это здорово, и я думаю, это будет разрастаться. И на самом деле я даже думаю, что они все же снимут четвертый сезон. Невозможно устоять перед возможностью создать «Молчание ягнят» с точки зрения Брайана и Марты, как они это видят. Думаю, это случится. Благодаря вам, ребята. (Умильное «О-о-о» прокатилось по залу.)

Вопрос о выполнении трюков. Как вы справлялись с этим в «Робин Гуде» и «Властелине колец»? 

Ричард: Можно еще раз повторить первое слово? (Ричард переспрашивал, т.к. у зрителя проблема речи.)

Трюки для «Робин Гуда», я большой фанат сериала. И «Властелина Колец». Как это происходило? 

Ричард: На съемках «Робин Гуда» я много… Собственно, там я научился ездить верхом, если честно. В первом сезоне я порядком нервничал, подходя к лошади, мне попался довольно резвый конь. Оказалось, что он был скаковой лошадью, о чем мне не сказали. И каждый раз, когда кричали «Мотор!», он начинал бежать. В третьем сезоне у меня уже был другой конь, намного спокойнее. Но именно там я научился ездить верхом и к финалу даже полюбил это дело. А вот выполнение трюков в «Хоббите» было делом довольно сложным из-за веса и паркости костюма. У меня был просто потрясающий дублер, который делал так, что выглядело, будто я умею вот так легко управляться с мечом. Он был великолепен. Мана Дэвис, отличный парень.

А «Робин Гуд» вернется на экраны?

Ричард: (Задумчиво) Может быть, не знаю. Надо спросить у канала BBC.

Спасибо.

Ричард: Надеюсь.

Мне очень понравились аудиокниги Джой Эллис, они очень ярко представляются в качестве мини-сериала. Заинтересует ли вас возможность выступить в роли Джекмана в телеадаптации?

Ричард: (Загадочным низким голосом) Мы это обсуждаем. (Свист и аплодисменты.)

У меня вопрос по «Хоббиту». Вы еще помните что-то из гномьего языка?

Ричард: У-у-у. Что-то там про «твою маму», кажется. (Хохот в зале.) Э-э-э… Э-э-м-м-м… Нет. Простите. Но я буду видеться с Питером на этой неделе. Он приедет на вручение БАФТА. Его документальный фильм о Первой Мировой войне будет идти сегодня вечером по BBС-2 и он номинируется на премию. (Обращаясь к Шону) Мы будем на вечеринке?

Шон: Мы будем слишком пьяны.

Ричард: В любом случае это будет кошмар, так что…

Уровень выживаемости ваших персонажей весьма низок. (Хохот в зале, РА улыбается и кивает, поджав губы.) Этот факт повинен в обильной седине в рядах Армии Армитиджа. Для вас как для актера это имеет значение, расстаетесь вы с героем, потому что он умирает, или проще, если он просто уходит в закат.

Ричард: Я не знаю, что во мне такого, но когда я прохожу кастинг, люди хотят либо чтоб я проявлял жестокость к кому-то, либо убить меня. Не знаю, я это принимаю на свой счет/обижаюсь.

Мы тоже принимаем это близко к сердцу/Нас это тоже обижает.

Ричард: Но в «Незнакомце» этого не случится.

У меня вопрос по «Хоббиту». Мы знаем, что для Торина все закончилось печально. Но бытует столько теорий о том, как все могло закончиться иначе. Если бы он выжил, то мог бы остаться в Эреборе или после Драконьей болезни не пожелал бы королевского трона и вернулся б в Синие горы, к мирной жизни. Хочу спросить, слышали ли вы какие-то из этих теорий и есть ли у вас собственные.

Ричард: Теорий таких я не слышал, но на самом деле я бы сказал, что он бы передал бразды правления своим племянникам, а сам стал бы отшельником. Возможно, философом. Или вернулся бы в кузню и работал с металлом, как пещерный человек… пещерный гном. Но конкретно эта смерть не была для меня такой печальной. В смысле, когда тебя часто убивают – это одно, но когда это Толкин прописал такую монументальную гибель… Это причина, по которой соглашаешься на роль, потому что сможешь сыграть такую невероятную сцену. Правда, это же была эпическая смерть. И ко мне не имела никакого отношения, так написал Толкин, так что да. Могло ли все быть иначе?

Здравствуйте, Ричард. Вы упоминали, что, работая над ролью Фрэнсиса Долархайда, проводили исследования, изучали работу Харриса, искали артефакты, затем создавали героя и проявляли к нему сочувствие, углубляясь в его психологию. Насколько сложно для актера «сбрасывать эту кожу» героя. Трудно ли сбросить образ, когда роль уже сыграна?

Ричард: Интересно, но я чувствовал, что, как мы уже говорили, Долархайд сам всегда пытался сбросить кожу. Он словно бы вечно пытался вывернуться из собственного тела. Отсюда и большинство тех телодвижений, я полагаю, потому что он ощущал такое неудобство и неудовлетворенность самим собой. Он был словно маленьким человечком, пытавшимся вылезти из этого тела, сменить его форму. Когда я читал книгу, очень переживал, что это непременно приведет к жуткому насилию или преступлению, этого я боялся больше всего. Понимая, что мы на самом деле никогда не видим то, что он совершает, не видим на деле его темную сторону, ведь мы видим его уже после событий и само место преступления, но не момент его совершения. И это совсем другое дело. Если бы мне пришлось играть эти сцены, это могло бы изменить мое решение взяться за роль.

Я перефразирую вопрос: каково вам как актеру расставаться с образом?

Ричард: Да, это занимает некоторое время, потому что каждое утро я сидел в кресле. пока мне накладывали губу, слушал эксцентричную музыку, чтобы мысленно настроиться, войти в образ. Я не из тех, кто может по щелчку войти и выйти из образа между дублями. Поэтому, когда играешь такого довольно травмированного героя как этот… Думаю, большинство съемочной группы считали меня асоциальным типом, потому что я обычно садился где-нибудь в углу с опущенной головой, оставаясь в образе. Но не припомню, чтобы у меня были сложности с тем, чтобы распрощаться с ним. Кажется, я уехал в отпуск или что-то в этом духе.

Britu 74 0 Starfury Conventional
Оставить комментарий
avatar
Вверх