Берлинский Отдел: интервью с Ричардом Армитиджем, который играет Дэниела
Berlin Station: Interview with Richard Armitage who plays Daniel
Опубликовано в "www.channel4.com", 5 октября 2018 года. , перевод Ketvelin

Сканы / фото

Система Orphus

Кого вы играете в «Берлинском отделе»?

Я играю Дэниела Миллера. У Дэниела довольно сложная предыстория. Когда мы начали повествование, Дэниел был отправлен в качестве охотника за кротом. Где-то на свободе разгуливает осведомитель по имени Томас Шо, и Дэниела вызвали из администрации – он был офисным сотрудником десять лет. Его вызвала Джема Мур, Директор ЦРУ на тот момент, чтобы направить в Берлинский отдел и выяснить, что происходит и кто там промышляет.

Каков Дэниел как человек?

Дэниел родился в США, штат Вирджиния. Он переехал в Западный Берлин с отцом военным, когда ему было пять. Его мать была убита в ходе очень сложной любовной интриги. Впоследствии они вернулись в США, когда ему было около двенадцати. Далее он вступил в ряды военнослужащих и участвовал в войне в Персидском заливе. После службы он поступил в университет, где его и завербовала Джема Мур. В нем присутствует интересное сочетание того, кто по праву заинтересован в своей стране, политической обстановкой. Он видел военные действия. Он видел своего отца на военном положении. Но у него также есть тяга к Европейскому отношению и восприятию. Он следит за европейской политикой. Поэтому мне было интересно примерить на себя роль британца, живущего в США. Было весьма полезно самовыражаться через этого героя.

Как вы вышли на эту роль?

Я давно уже искал телесериал. Когда телевидение на своем пике, это фантастика, потому что появляется возможность сыграть продолжительную сюжетную линию для этого героя, что не всегда удается в рамках двух с половиной часового кино. Если только это не «Хоббит». Который длится девять с половиной часов! Вот я и искал сериал. Я не хотел участвовать в фэнтези или сказке, но в чем-то насущном, политическом и актуальном. Сценарий «Берлинского отдела» попал мне в руки. Я просмотрел его и подумал, что это именно то, что я искал. Я пообщался с Оленом Стейнхауэром, чьи произведения читал. Я был крайне заинтересован в его мнении и взгляде, поскольку полагал, что это довольно уникальный взгляд в таком перенасыщенном жанре [перенасыщенном разнообразием аналогичных произведений]. Он не создавал героев подобных Джеймсу Бонду, они очень обычные. У него нет профессионального фетиша.

Многие герои «Берлинского отдела» довольно сложные личности. Не знаешь, кому доверять. Дэниел надежный человек? У него есть секрет или темная сторона? 

Я до сих пор не знаю! Я все время говорил, что Дэниел должен быть тем, кто, по сути, является патриотом, но чей патриотизм всякий раз подвергается испытаниям. Думаю, что его моральные устои подорваны. Он надежен. Думаю, он говорит правду, когда видит правду, но игрок, двигающийся по доске шпионажа, в конечном итоге вынужден носить множество масок. Будут моменты, когда вы увидите, как Дэниел сотрудничает с информатором, взаимодействует с коллегой в случае, когда не может поделиться информацией. Они должны быть и надежными, и ненадежными. Но глубоко внутри он хороший человек.

Расскажите об отношениях Гектора и Дэниела.

История Гектора и Дэниела очень интересна. Они как сопротивляющиеся металлы, которые сплавились в печи, коей стали события в Чечне. Они вместе были на задании, которое пошло наперекосяк. Это событие словно связало их. Их дружба уходит корнями в это событие, но в то же время Дэниел чувствует, что с Гектором что-то неладно. Очень сложно это играть на самом деле – я бы не сказал, что они друг другу нравились, но они частенько оказываются в компании друг друга. Они сотрудничают и работают вместе, и со стороны кажется, что они очень хорошие друзья. Но есть у этих отношений какой-то металлический привкус, который ни один из них не в силах идентифицировать.

Давайте поговорим о ваших отношениях с Эстер. Начинается все с сопротивления, но затем становится немного теплее… 

Это интересно. Эстер была одним из последних персонажей первого блока, и одной из последних актеров, с которыми я работал. Это был последний день съемок перед уходом на предрождественский перерыв. Мы уже вдоволь хлебнули «Берлинского отдела», поэтому считали, что знаем, какого рода шоу снимаем. И тут вошла Мина в образе Эстер и словно изменила ход игры для Дэниела, да и для меня на самом деле. Она его точная копия в действительности, она его эквивалент в Германском БКА. Она дама умная, она ярая патриотка и обладает такой кошачьей способностью, метафорически выражаясь, проскальзывать под дверь. Она умеет управлять людьми. Она разрабатывает Дэниела, и он знает это и позволяет ей это делать. Это очень сложные взаимоотношения в духе «Я тебя вижу; я вижу, что ты видишь меня; я вижу, что ты видишь, что я вижу тебя, давай же просто смотреть друг на друга». Он отчаянно желает заглянуть под маску, но не хочет срывать ее.

Что отличает «Берлинский отдел»?

Я снимался в отличном шпионском сериале БиБиСи – «Призраки: Ми-5». В то время одним из значимых инструментов, которым владел шпион, были технологии. Мы тогда смеялись над сканированием сетчатки, отпечатков пальцев и распознаванием лица камерой видеонаблюдения. Теперь же это сплошь и рядом – даже в наших телефонах. В этом смысле в 2016 году вдруг выяснилось, что технологическое пространство больше не безопасно. Телефоны можно включить и прослушивать так, что даже представить сложно. Нам приходится двигаться не назад, но боком в новую область шпионского ремесла, которое коренится здесь и сейчас. «Берлинский отдел» – острый пик американской деятельности на мировой арене, из чего следует, что именно на ней Шо фокусирует свою активность. В сериале нет ничего старомодного.
А также он аутентичен. Я прочел столько романов в этом жанре, сколько мог: о ЦРУ, о Восточном Берлине, о Западном Берлине, о том, какой была б жизнь, если пройти путь взросления Дэниела. Меня просто преследовал тот факт, что я заходил на свою ленту новостей и видел заголовки, о которых идет речь в нашем сериале.

Почему, по-вашему, людям нравятся такие шпионские истории, как «Берлинский отдел»?

Как раз то, что я собирался сказать в отношении игры и шпионов – одной из причин, которые привлекают зрителя к шпионскому жанру, является, полагаю, их наслаждение от возможности исчезнуть. Если вы спросите кого-нибудь, какой суперсилой человек хотел бы обладать, очень многие выберут невидимость, способность исчезать. В этом кроются корни такого сильного нашего увлечения шпионажем. Эти люди способны как-то исчезать или выходить за пределы общества и действовать на ином уровне. Мы все об этом немного мечтаем.

В сериале много красочных кодовых имен, как, например, «Джокер» или «Маятник». Если бы вы были агентом, каким было бы ваше прозвище?

Я должен сообразить сейчас что-то остроумное! Но ничего в голову не приходит… «Глазное яблоко», возможно? 

Britu 80 0 Berlin Station, Берлинский отдел, Интервью
Оставить комментарий
avatar
Вверх